Бегущая по волнам музыки

6 лет ago Пресс-служба Комментарии к записи Бегущая по волнам музыки отключены

Одна из видных актрис Национального музыкально-драматическоготеатра Чечек Монгуш поделилась с воспоминаниями детства, рассказала о том, какстала актрисой и как ей удается запомнить все свои роли.

– Чечек, намизвестно, что ты из театральной семьи и «выросла» нас сцене. Помнишь ли ты своезнакомство с театром?

– Сколько себя помню, всегда была втеатре. Когда была маленькой, мои родители – Борис Монгуш и Елизавета Монгуш –были актерами очень продвинутого молодежного театра-студии «Кузел», созданногоАлексеем Ооржаком и просуществовавшего с 1989 по 2000 годы. Нас, театральныхдетей, было четверо и все – дети актеров-выпускников тувинской студии Театральногоинститута имени Бориса Щукина 1978 года: Шенне и Кулчаана  – дочери Александра Шоюна, бессменногоредактора детской газеты «Сылдысчыгаш», Сюзанна – дочь главного режиссераАлексея Ооржака и я. Все жили в доме №4 по улице Калинина и были очень дружны: игралии  в театре, и дома.

В шестилетнем возрасте впервые вышла насцену в роли маленького мальчика Артыша, спрятав длинные волосы под пилотку, вспектакле «Четкер четкизи» – «В сетях дьявола» Александра Даржая. Я скакала посцене на веточке, служившей лошадкой, и пела тувинскую частушку – кожамык. Вследующем спектакле сыграла со своими театральными подругами. Мне и Шенне было пошесть лет, а Сюзанне и Кулчаане – по восемь. В пестрых кимоно и белых носочках,с убранными, как у японок, волосами вчетвером исполняли танец с фонариками впостановке Алексея Ооржака «Журавлиные перья». С этим спектаклем участвовали в фестиваляхв Москве, Улан-Удэ и в Польше. Большое впечатление на нас произвела поездка в Варшаву,где мы впервые увидели жевательные резинки и джинсы-варёнки. Первой надуватьшар из жвачки научилась Кулчаана. Это произошло за кулисами во время репетиции.Для нас это была сенсация! Даже взрослые актеры радовались такому событию.

Навсегда запечатлелись в памяти игры спольскими детьми на ухоженной зеленой лужайке у гостиницы. Новоиспеченныедрузья подарили нам на память никогда не виданные нами, советскими детьми, игрушки.А на московском фестивале организаторы преподнесли шикарных кукол-близняшек! Яиграла с ними до конца школы: шила им разнообразные вещи и аксессуары, и всё попоследнему писку моды. Мы с Шенне сидели и наперегонки вязали шубы для своих кукол.По выходным встречались и показывали друг другу наряды, которые успели нашитьза неделю. Летом мы все вчетвером устраивали представления во дворе. За домомбыли ступеньки, ведущие к черному входу. Это была наша сцена, которую мы назвали«За дом». Все тогда были помешаны на индийских фильмах, и мы не былиисключением, поэтому наши представления были отрывками из индийских фильмов.Сюзанна еще тогда была нашим режиссером. Наверно, это у нее в крови, ведь еёотец — режиссер. Она распределяла роли: я – Радха, Шенне – голубоглазаякрасавица Мандакини, а сама Сюзанна всегда была Митхуном Чакраборти. Для ролиона брала длинный белый шарф своего отца и, обмотавшись им, входила в образ. Мнеона велела плакать, а сама в это время мастерски справлялась с воображаемым преступникомсо словами: «Я тебе покажу, что значит обижать мою сестру!». Сюзанна всегдабыла для нас авторитетом и защищала нас от нападок соседских девчонок. Оглядываясьназад, я могу сказать: «У меня было шикарное детство!»

 –  А с выбором актерской профессии ты сразуопределилась?

— Не сразу. После нашего успешногодебюта в «Журавлиных перьях» нас пригласили на интервью в прямом телеэфире. Навопрос корреспондента, кем я хочу стать, когда вырасту, я ответила, что хочустать начальником. После этого эфира все взрослые актеры в театре спрашивали уменя, смеясь: «Чечеко, когда ты станешь начальником?». Некоторые поныне в шуткуспрашивают. Родители мне говорили, что, пятилетней девочкой я однажды потелевизору увидела фортепианный концерт. После этого я с таким упоением началаиграть на батарее, вообразив, что это пианино, что родителям ничего другого неоставалось, как отдать меня в класс фортепиано в Республиканскую школуискусств, где выяснилось, что у меня хорошие данные. Через год дома появилось фортепиано,и я допоздна старательно разучивала произведения великих композиторов – Баха,Бетховена, Шопена, Чайковского. Педагог Лариса Эрес-ооловна Маадыр регулярноводила меня на консультации к сильному преподавателю и концертмейстеруКызылского училища искусств Раитиной Наталье Михайловне, которая с детствакурировала надо мной и пророчила мне карьеру пианистки.

Учителя по алгебре и геометрии говорили,что у меня замечательные способности к математике и мне непременно надо поступатьв банковскую школу. В девяностых годах все стремились стать финансистами июристами, поэтому и я не прочь была вступить в их ряды. Упивалась решениемзадач, получая искреннее наслаждение от того, как цифры послушно выстраивалисьв упорядоченные последовательности, и даже расстраивалась, когда решениеподходило к концу. В то же время видела себя в будущем врачом. И одновременноне хотела бросать навсегда музыку. После окончания школы искусств, продолжилаучебу в третьей школе Кызыла. Узнав об этом, после первой четверти к нам домойпришла Наталья Михайловна и серьезно разговаривала с родителями. Помню, как онавозмущалась: «Какая банковская школа? У нее талант! Ей нужно в консерваторию!Не зря же она столько лет училась в школе искусств!» После этого визита я сталастуденткой первого курса Кызылского училища искусств имени Алексея Чыргал-оола.Все шло хорошо, преподаватели меня хвалили, Раитина радовалась моим успехам.

И вдруг зимой на втором курсе родителисообщают мне: «Летом приедут педагоги из Санкт-Петербурга и будут набиратьактерский курс. Может быть, тебе стоит попробовать?». Я уперлась: «Нет. Как жея брошу училище? Как же консерватория?» Мама с папой никогда не навязывали мнесвою волю. Просто мечтали вслух: «Как будет хорошо, если наша дочка поедетучиться в Санкт-Петербург и станет актрисой!». В итоге сама даже не заметила,как загорелась мыслью стать актрисой и летом 1999 года пошла на экзамены и слегкостью поступила в Санкт-Петербургскую государственную академию театральногоискусства в мастерскую Владимира Норенко. Со мной поступили и Сюзанна с Шенне –подруги детства. Сегодня я с Шенне Шоюн актрисы Национальногомузыкально-драматического театра имени Виктора Кок-оола. А Сюзанна – нашрежиссер. После академии она с отличием окончила Арктический государственныйинститут искусств и культуры по специальности «режиссура». Кулчаана, с детства менее склонная к нашим театральнымпредставлениям, и больше тянувшаяся к рисованию и шитью, окончила Новосибирскийтехнологический университет дизайна и технологии по специальности«художник-модельер» и тоже работает с нами в театре, занимая должность художникапо костюмам.

 — Надкакой ролью сейчас работаешь?

– Репетирую роль Албанчы, сестры Тока, вспектакле «Тос чадырдан унгеш» – «Выйдя из берестяного чума» режиссера АлексеяОоржака, посвященном столетию единения России и Тувы. Сегодня работаю над рольюкозленка Болтушки из новогодней сказки «Волк и семеро козлят» в постановкеСюзанны. Там у меня есть такие слова: «Говорю, что много вру, а я правдуговорю…» Прямо как в жизни! Многие считают меня фантазеркой, когда говорюправду. Параллельно работаю над ролью Снегурочки. На первый взгляд, кажется,что это легко, а на самом деле, играть в детских новогодних утренниках по трираза в день тяжело, нужно тратить очень много энергии. Детям ведь нужноотдаваться полностью. Снегурочка должна излучать радость и доброту. Вечером,как правило, не остается никаких сил на собственного ребенка.

— Как тебе удается в жизни совмещать ролиматери и актрисы?

– Иногда меня грызут угрызения совести,из-за того, что я мало времени уделяю своей шестилетней дочери Алисе. Она уменя замечательная! Очень способная! Хочет одновременно заниматься всем: ибалетом, и вокалом, и фортепиано. Пробовала сама преподавать ей фортепиано, ноу меня ничего не получилось. Даже засомневалась в ее способностях. Оказалось,что нужно вести уроки по специальной методике. Поэтому решила доверитьсяпрофессионалам и отдать дочь в школу искусств. Театр Алисе тоже не чужд. Сейчасона репетирует  вместе спрофессиональными актерами нашего театра в спектакле «Тос чадырдан унгеш». Ейдосталась роль дочери богатого феодала Даш-Чалана.

Чечек, не могу не задать вопрос, которыйинтересует многих рядовых зрителей: как ты умудряешься держать в голове столькоролей?

– Безусловно, чтобы быть актером, нужнообладать хорошей памятью. Без этого никак. Когда работаю над ролью, текст какпрограмма закладывается в мозг. На всякий случай все тексты фиксирую втетрадях. Дома у меня есть святая святых – это полка с общими и тонкимитетрадями, где записаны все-все мои роли. Могу десять лет не играть роль, но внужный момент, стоит лишь взглянуть в заветную тетрадку с ролью и все словасами всплывают в памяти. Так было с ролью Агафьи Тихоновны из нашегодипломного  спектакля «Женитьба» по Гоголю.Спустя десять лет пришлось снова сыграть эту роль к юбилею выпуска нашегокурса.

А сколько времени обычно требуется, чтобывыучить роль?

– По-разному. Это зависит от желания.Если роль мне близка, я могу выучить все за один вечер. Так было, например, сролью Антигоны. Роль Джульетты мне была безумно интересна! Несмотря на оченьтруднопроизносимый замечательный литературный тувинский текст Сергея Пюрбю, буквальнопо буквам учила слова, порой даже не понимая значения слов. Хорошо, что мнепомогали старшие актеры в нашем коллективе.

Бывало ли так, что ты забывала текст насцене?

– Да, но, слава Богу, только во сне.Для актера самый страшный ночной кошмар – это забыть слова.

Есть мнение, что театральная закулиснаяжизнь – это скандалы, интриги, зависть. Миф это или реальность?

– В театре такой же коллектив, как ивезде. Мы не строим специальных козней, чтобы отобрать у кого-то роль иливыжить человека из коллектива из зависти. Не стану скрывать, что временами возникаюткакие-то склочные ситуации. Когда делюсь такими случаями со своим друзьям не изсферы культуры – врачами, экономистами и юристами, они говорят мне: «Ты неповеришь, но у нас то же самое!». И такого еще могут сказать, что мы актерыстановимся чуть ли не ангелами рядом с ними. Так что, все эти разговоры озакулисной жизни – это миф.

— Кто твои любимые актеры?

– Обожаю Чулпан Хаматову! Красивая,добрая и безумно талантливая! В прошлом году видела в Москве спектакль «ФрекенЖюли» с Чулпан Хаматовой и Евгением Мироновым в главных ролях, который потрясменя тем, что там все было по-настоящему: эмоции, страсти, и даже кухня, гдекухарка на глазах у зрителей готовила курицу по-настоящему. Люблю Одри Хепберн.Божественно красивая, излучающая доброту и нежность, она для меня является иконойстиля. Любимый актеры – Сергей Безруков и Хью Грант.

— Как тебеудается сохранять хорошую физическую форму?

— Никогда не ограничиваю себя в еде ине считаю калории, белки, жиры и углеводы. Стараюсь питаться правильно и культаиз еды не делаю. Контролирую свой вес и регулярно взвешиваюсь. Как любой живойчеловек, иногда набираю один-два килограмма. Это для меня сигнал: «Нужно большеработать, больше двигаться!». Не могу позволить себе растолстеть, так как ямогу не влезть в костюмы, сшитые театром специально для меня. Если каждый актербудет толстеть и худеть, когда ему вздумается, театр просто разорится накостюмах. Поддерживать себя в хорошей форме мне также помогает фитнес подруководством Жанны Сарыглар – солистки ансамбля «Саяны». Очень нравится, какона ведет занятия, на которых заряжаюсь положительной энергией.  

– Как ухаживаешьза своей внешностью, и какую косметику предпочитаешь?

–Самый главный секрет красоты и молодости – это хорошийполноценный сон. К сожалению, в будни не всегда получается выспаться, поэтомупо выходным стараюсь отсыпаться вволю. Если нет дел в городе, могу дажедвенадцать-четырнадцать часов спать! При выборе косметики всегда советуюсь сосвоим косметологом. Она мне советует марку косметики. Средства по уходу восновном беру в аптеке или заказываю.

– Чечек, ты –стильная девушка. Есть ли у тебя свой дизайнер или стилист?

– Спасибо за комплимент. Концертные костюмы шьют швеи нашеготеатра по эскизам наших художников. А в жизни я сама себе дизайнер и стилист.Раньше любила шить вещи для себя, сейчас из-за нехватки времени, заказываю вшвейных ателье по своим эскизам. Так же приобретаю одежду во время поездок, акое-что нахожу здесь, в Кызыле. Обожаю шоппинг! Могу часами бродить водиночестве по магазинам!

– Есть мнение отом, что актеры как дети – капризные и своенравные. Насколько это верно?

– Все зависит от воспитания. Есличеловек хорошо воспитан, он сумеет сдержать свои эмоции, и не оскорбит другогочеловека. Не спорю с тем, что у актеров бывают истерики. Наверно, этопроисходит от того, что приходится копить в себе очень много энергии и иногдаона вырывается наружу в виде истерик и слез. Но мы сразу же успокаиваемся идальше живем, улыбаемся и радуемся жизни. Так что, если актер на вас накричал,не сердитесь на него, а постарайтесь понять и простить (смеется).

– Как тыпобеждаешь депрессию?

– Играю на любимом инструменте и исключительно толькоклассику. Прогнать боль и разочарование мне помогает патетическая соната №8Бетховена. Слушаю эти божественные звуки, и вся депрессия словно потихонькурастворяется в этой светлой музыке. Ощущаю себя бегущей по волнам музыки.

— Какие качестваценишь в людях?

– Честность и искренность. Увы,встречаются на пути люди-хамелеоны, заставляющие убеждаться в верностивысказывания Шекспира «Вся жизнь – театр». Зачем играть в жизни? Они же неактеры! Даже актерам, зачем играть в жизни? Ведь мы достаточно играем на сцене!Поэтому, люди, будьте искренними и честными! И половины ошибок в нашей жизни небудет совершено из-за того, что мы не будем введены в заблуждение.

Чего не хватает для полного счастья?

– На сегодняшний день, тьфу-тьфу, всенормально. У меня есть родные, семья, любимая работа… Мне очень не хватаетотца. Его не стало в 2002 году. Каждый день по любому поводу – и в радости и вневзгодах – вспоминаю о нем. Что бы он сказал, как бы он поступил? Всегдамысленно беседую с ним.

Какой ты видишь себя через десять лет?

– У меня будет больше детей. Свое делопараллельно со своей любимой работой. Много сыгранных ролей в театре и в кино.В моей копилке есть хороший моноспектакль. Живу, конечно же, в Кызыле. Оченьлюблю наш город и не представляю свою жизнь в другом месте.

— Если бы тыпоймала Золотую рыбку и она согласилась исполнить только одно твое желание, чтобы ты загадала?

— Попрошу, чтобы у всех детей-сирот,живущих в детских домах, приютах, интернатах, все было хорошо: чтобы у всехбыли любящие и заботливые родители.

Беседовала Виктория Хомушку

Газета «Мотиватор», №1 (14)

февраль 2014 года

Чечек Монгуш – актриса Национальногомузыкально-драматического театра имени Виктора Кок-оола. По знаку зодиака – водолей.В 2003 году окончила Санкт-Петербургскую государственную академию театральногоискусства  (мастерская В. Норенко) поспециальности «актер драмы и кино». Главные роли в театре: Джульетта из «Ромеои Джульетты», Агафья Тихоновна из «Женитьбы», Вышневская и Юленька из«Доходного места», Подруга из «Люби меня, люби!», Албанчы в «Человеке из чума, Кан-кыс в легенде «Кан-кыс».

Блиц-опрос:

Любимыйцвет?

– Красный.

Любимоеблюдо?

– Плов мужа.

Детскаямечта?

– Увидеть живого Митхуна Чакраборти.

 Что читаешь в данный момент?

– Новостные статьи в интернете.

Безчего не представляешь своей жизни?

– Без семьи и родных.

Какоеместо на Земле хотели бы непременно посетить?

– Индию.

Какойдобрый поступок совершила сегодня?